На днях, листая опус Елены Костюкович об итальянском гурманстве (), наткнулся на пространную цитату из «Здравицы перед добропорядочным обедом» Джузеппе Джусти в ее же переводе (полностью она опубликована в литпамятнике 1981 года). Любопытно, что Елена Александровна публикует свой параллельно с итальянским оригиналом. Вот наиболее показательный отрывок оттуда:
|
Вам мало? Что ж. В преддверии страданий, В конце концов, наверно, неспроста Так, так. Теперь займемся алтарями, |
Ne volete di più? l'ultimo giorno Anzi, condotto all'ultimo supplizio, E per ultima prova, il luogo eletto |
Думаю, не требуется глубокого знания итальянского, чтобы понять, что ни о каком бутерброде, агнце в тесте и прочих глупостях в оригинале нет и речи, несмотря на очевидную ехидность текста. В своей книге Костюкович характеризует «Здравицу» как «дичайшее богохульство»; однако такая характеристика относится, скорее, к ее собственному переводу, тогда как юмор Джусти гораздо тоньше.
Я и раньше подозревал, что Умберто Эко в переводе Костюкович имеет мало общего с оригиналом, а теперь это подозрение только усилилось.
-
Вот забавная шутка от безымянного переводчика «Citta del Sole». В оригинале: «Sì che mi stupii, quando trovai pesce vescovo e catena e chiodo e stella, appunto come son queste cose tra noi».
А вот перевод: «так что я был совершенно поражен, увидев рыбу епископа, рыбу цепь, панцирь, гвоздь, звезду, мужской член, в точности соответствующих по своему виду предметам, существующим у нас».
-
Хм, любопытно
) Но я так понял, что этот перевод делался с латинской версии Civitatis Solis, которая отличается от итальянского прототипа; иначе трудно объяснить появление панциря и мужского члена. В латинском же тексте это присутствует:
«ita quod obstupui cum viderem piscem, episcopum, et catenam, et loricam, et clavum, et stellam, et verpam, et simulacra istarum rerum apud nos existentium, omnino referentes».
Вот только интересно — а что, с итальянского у нас Кампанеллу, выходит, вообще не переводили?
-
А, вот, обнаружил — выходит, и в самом деле, не было перевода первоначальной итальянской версии:
«Город Солнца» был первоначально написан по-итальянски и распространялся в списках. Два десятилетия спустя он был опубликован в Германии на латинском языке. Кампанелла по-прежнему сидел в тюрьме. Расхождения между итальянским текстом и его латинским переводом, по нашим наблюдениям, столь значительны, что их можно объяснить лишь тем, что перевод делался не автором, а его последователем, к тому же иностранцем. Русское издание совершенно не учитывает итальянских разночтений и является, по сути, переводом с перевода. Поэтому, рассматривая взгляды Кампанеллы на возможность улучшения человеческой природы, его, как сказали бы теперь, «евгенические взгляды», мы просто обязаны вносить необходимые уточнения, опираясь на первоначальный итальянский текст.
Комментарии запрещены
3 комментария