Помнится, блаженной памяти дон Бернардо Антонини всегда очень болезненно переживал, когда воскресенье официально объявлялось по всей стране рабочим днем. Более всего он недоумевал, почему Патриарх РПЦ (тогда еще Алексий II) никогда не протестует против таких переносов, во всяком случае, сколь-либо заметных разговоров на высшем церковном уровне об этом не было. Что, по меньшей мере, несколько нелогично: в стране, где православие, при одобрении чиновников разных рангов, не устает заявлять о своей «государствообразующей» роли, а президент и премьер не упускают возможности на Пасху и Рождество засветиться в храме со свечкой — нарушать одну из заповедей Декалога и принуждать к ее нарушению население, большинство которого считает себя христианами, да еще и официально оформляя это постановлением Правительства.
Совершенно очевидно, что одним из прямых следствий такого «рационального использования» воскресенья для множества верующих станет невозможность их участия в воскресной литургии.
Продолжая череду риторических вопросов и аналогий, популярных в последние дни, рискну спросить: не является ли такое оскорбление дня Господня в общегосударственном масштабе, утвержденное премьер-министром, большим богохульством, чем пять минут экстравагантных действий нескольких девиц в одном отдельном культовом здании одной из множества христианских конфессий России?
Вчера Европейский суд по правам человека реабилитировался после своего позорного решения, принятого в ноябре 2009 года, согласно которому в итальянских школах запрещалось вешать распятия. Страсбургский суд тогда удовлетворил иск итальянки с финскими корнями Соиле Лаутси и обязал итальянское правительство выплатить ей 5 тысяч евро в качестве компенсации. Это решение вызвало весьма негативную реакцию не только в Италии и Ватикане, но и во многих других странах, которые усмотрели в нем потенциальную опасность для своих собственных культурных и религиозных традиций. О своей солидарности с итальянским правительством заявили представители более 20 европейских государств, включая Россию, а также 33 члена Европарламента. 
